Версия для слабовидящих

"Один, как прежде, во вселенной" Двухсотлетию со дня рождения М.Ю.Лермонтова

« Назад

31.03.2014 01:27

« О д и н ,   к а к   п р е ж д е ,   в о   в с е л е н н о й » 


    Что мы можем сделать сегодня для человека, не дожившего даже до тридцати лет, но за это время успевшего стать вехой в русской поэзии? Человека, каждое слово которого, стоит, чуть ли не всех сказанных нами за всю жизнь? Мы можем только воскресить его всего на несколько мгновений в его мечтах, думах, чаяниях, в его стихах. А также в размышлениях о них. Потому что человек жив, пока о нём помнят. А Михаил Лермонтов поистине достоин жизни вечной.
    28 марта посетителям концертного зала « В д о х н о в е н и е » был подарен неожиданно замечательный вечер, который носил название « О д и н ,   к а к   п р е ж д е ,   в о   в с е л е н н о й »  и был посвящён памяти великого русского поэта. Организовал его Г о с у д а р с т в е н н ы й    а к а д е м и ч е с к и й    р у с с к и й    н а р о д н ы й    а н с а м б л ь    « Р о с с и я »   и м е н и   Л ю д м и л ы   З ы к и н о й .  Сразу стоит отметить, что зрителям было преподнесено нечто значительно большее, чем обычная музыкальная концертная программа. Все мы явились свидетелями какого-то нового, или уж, по крайней мере, трансформированного сценического жанра, который совместил в себе музыку, актёрское слово и видеоряд. Это определённо было нечто новое, в сравнении с существующим понятием музыкально-литературного действа.

mT0Khj1hG-k    В зале потух свет, и рассеянное пятно прожектора упало на сцену, где в тени безмолвно присутствовали музыканты. На сцену вышел молодой человек с книгой. Начал он робко, даже слегка запинаясь: «Погиб поэт. Невольник чести…». В зале послышались комментарии: «Мог бы и наизусть выучить!» Но нет, не в этом дело. Тут –другое. Вся манера чтения была какой-то особенной, не разгорячено-страстной, что можно было бы предположить в интерпретации «Смерти поэта», а была скорее задумчивым рассуждением, постепенным вхождением в текст. Как будто это первое стихотворение призвано было переключить нас с уличной суеты и гама на воспоминание о великой натуре, самая суть которой, неравнодушной, возмущённой в этих строках была заключена. За спиной актёра горел экран, где каждая мысль, как в теленекрологе отражалось короткой, кровавой надписью. «А вы, надменные потомки…Свободы, Гения и Славы палачи!» - глаза чтеца вдруг открылись навстречу залу так, что даже стало не по себе, от ощущения того, что все мы по сей день в ответе за невнимание, за уничтожение всего лучшего среди нас, за наше трусливое молчание и вечную рабскую бездеятельность. Так Лермонтов вступил в наше Сегодня.
    Потом зазвучала русская музыка. Концерт для домры с оркестром Н. Будашкина. С одной стороны, это было неожиданно, всё-таки Лермонтов был человеком в крайней степени светским, а потому натура его в нашем сознании ассоциируется с музыкой иной. Но с другой – всё же это произведение, с сольным высказыванием инструмента, продолжало линию воспоминаний о поэте, размышление о России, её душе, её истории и её сынах.
Следом предстала новая картина. Схватка с барсом из поэмы «Мцыри». Вот где сила и мощь лермонтовского гения! Каждая строчка как сжатая пружина, да плюс к этому полное ощущение присутствия, какого далеко не каждому кинофильму с его возможностями удаётся достичь. А тут – только звучащее со сцены слово. Актёр Андрей Соломонов здесь поистине был на высоте в искусстве передачи ощущения битвы.
Отдышаться, переключиться позволила следовавшая далее интермедия ансамбля, который исполнил обработку народной песни «Липа вековая» П. Куликова.
    Следующая сцена перенесла нас в уединенный монастырь, где в вечерней мгле прекрасной Тамаре явился любовью охваченный Демон. И снова – всего несколько слов и открылась вся бездна его чувств, всё его холодное вечное одиночество, вся безмерная страшная власть. Ведь ещё мгновение – и погибнет красавица-монахиня, умерщвленная жаром неземной страсти. В этот миг кульминации зазвучал «Вечерний звон» в обработке А. Соболева, погрузивший в безмолвный сон природы. Свершилось что-то сторонним глазам недоступное в уединённой келье, а потом всё вновь поглотила предрассветная дремота.

IMG_0115 Завершали этот музыкальный спектакль сцены из драмы «Маскарад», которые перемежались музыкой Арама Хачатуряна. «Вальс», «Ноктюрн», «Галоп» звучали в переложении для ансамбля народных инструментов. А внутри музыки развернулась жизненная драма всепожирающей ревности, способной на убийство даже самого невинного и прекрасного.
    Своеобразной кодой явились романсы на лермонтовские стихи: «Молитва», «И скучно, и грустно», «Нет, не тебя так пылко я люблю», «Без вас хочу сказать вам много» в исполнении удивительной по силе выразительности и красоте голоса певицы Ирины Крутовой.
    Весь вечер действительно получился очень хорошим. Со сцены прозвучали мощнейшие по напряжению, образной выразительности, внутреннему накалу строки. И перед нами предстал вдруг во всём своем величии Поэт. Да, его облик был и остаётся многогранным и противоречивым. Но сегодня был трагик и при этом великий драматург. Причём неизвестно, может быть именно это и является ключевой связующей нитью во всём его творчестве. Ведь за какую бы область поэзии он ни брался, о чём бы ни говорил: о красоте природы, о любви, о человеческих пороках – везде в центре стоит человек, его чувства, страдания, мучения, из которых нет выхода, потому что люди призваны со страданием родиться и умереть. Даже заключавшие концерт романсы не изменили общего создавшегося впечатления. Да, действительно перед нами душа, которая была посвящена в великие тайны земные, наделена сочувствием безмерным ко всему живому и потому не находящая себе равных вокруг обречённая на вечное одиночество. Но это не одиночество мрачного Демона ада, который так и остался «один, как прежде, во вселенной», но величие горного пика, возвышающегося над окрестными долинами и покоряющего взгляд своим совершенством.

IMG_0073    За всё это, за пережитые минуты волнения и последующих раздумий хочется поблагодарить музыкантов Ансамбля во главе с его дирижёром и художественным руководителем Дмитрием Дмитриенко, актёров Андрея Соломонова и Софью Торосян, а также режиссёра Вячеслава Корниченко, человека, придумавшего и воплотившего в жизнь такую необычную концепцию. Ведь в ней достаточно органично музыка была совмещена с элементами театра, которые выражались не только в участии актёров, но и в приглушённом свете на сцене, в отсутствии такого обязательного в концертной программе персонажа, как конферансье: все названия исполняемых произведений были перенесены на экран. Последний, в свою очередь, привнёс ощущение «представления», что, вероятно, и стало поводом для обозначения общей композиции как «перформанса». Однако, вместе с русской музыкой и поэзией, вместе с ансамблем русских народных инструментов это определение, тем более обременённое постмодернистским шлейфом, причинным фактом которого является «смерть искусства», кажется не совсем уместным. Тем более, что всё произошедшее тогда на сцене культурного центра «Вдохновение» скорее утверждало обратное: искусство настоящее, кровью сердца написанное, актуально во все времена, и, несмотря на двухвековое расстояние, продолжает будоражить и заражать своей рвущейся наружу энергией.

А в т о р   А н н а   А в д е е в а